Вступление: Земля, названная золотом
Представьте себе горную реку, бьющуюся о камни в таёжной глуши. Представьте людей, которые шли сюда пешком, продираясь сквозь вековые кедрачи, неся на плечах кайло и лопату. Они шли за мечтой, которая называлась золото.
Название Алтай происходит от тюрко-монгольского «алтан» — золотой, золото. Это не случайная созвучность. Это память, уходящая в глубь тысячелетий. Археологи и геологи не сомневаются: золото здесь добывали уже в первой половине III тысячелетия до нашей эры. Задолго до того, как на этих берегах появились первые русские поселения, древние рудознатцы уже знали, что эти горы хранят в себе несметные богатства.
Но настоящая, кровавая и героическая эпоха золотодобычи на Алтае началась в XIX веке. И центр этой эпопеи — лебедская тайга, где среди непроходимых лесов и бешеных рек возникали и умирали поселки, где люди жили одной надеждой: сегодня повезёт, сегодня золотник сверкнёт в лотке.
Глава 1. Мускульный труд и самородок в 24 килограмма
1853 год. Первое упоминание о золоте на реке Лебедь. С этого момента начинается история, полная драматизма. Первыми сюда пришли одиночки-старатели. Их называли так же, как называют и сегодня. Но каково это было — быть первым?
Вчитаемся в строки, написанные потом, но словно пропитанные потом и болью: «Непроходимая тайга с бурными реками, всепожирающий гнус с раннего лета до поздней осени, холодные дожди, трескучие морозы, бездорожье, острая нехватка продуктов питания, одежды, обуви, снаряжения». Это была не работа — это была война. Война человека с тайгой. Кочевая жизнь, постоянные переходы, ночлег под открытым небом. Многие уходили в тайгу и не возвращались. Но на их место приходили новые.
Крупнейшей компанией, взявшей под контроль лебедские месторождения, стало «Южно-Алтайское золотопромышленное дело Мальцева и К°». Коллежский советник Мальцев — фигура легендарная. В его руках сосредоточились Царево-Александровский, Больше-Куучакский (Каурчакский), Андобинский, Чанышский, Албаский, Талонский, Чултинский прииски. Самые старые — Албас, Талон, Чаныш — вели отсчёт ещё с царских времён.
С 1887 по 1901 год компания процветала. Каждый год из тайги вывозили 200-350 килограммов жёлтого металла. Золото шло в имперскую казну, в ювелирные мастерские, в монетные дворы. Но настоящая легенда случилась 25 апреля 1904 года.
В этот день на Воронцовском прииске рабочий-крестьянин Покровской волости Каннского уезда Павел Воробьёв сделал то, о чём мечтает каждый старатель. Он нашёл самородок. Огромный. Пластина овальной формы, 38 сантиметров в длину, 27 в ширину, толщиной 6 сантиметров. Вес — 24 килограмма 891 грамм. Содержание золота — 92,6%.
Самородок тянули из земли вручную. Потому что труд был «мускульный». Кайло, лопата, кирка. Никакой механизации. Только живая сила и вера. Этот самородок — символ эпохи. Эпохи, когда один взмах кирки мог изменить судьбу.
Глава 2. Интуиция геологов и танковый двигатель для всего посёлка
После революции наступила новая эра. В 1926 году на приисках ввели гидравлику — промывку золотоносной породы мощными струями воды. Потом появились 50-литровые драги — деревянные гиганты, которые переворачивали долины рек. Но настоящий переворот случился в конце 1950-х.
1953 год. В долине реки Каурчак (на челканском языке — Куучак) работает Талонская геолого-разведочная партия под руководством геолога Я. Я. Ржиго. Шурфовщики проходят разведку от Большого Магалака до ключа Ипаткина. Результат неутешительный: промышленной россыпи нет. Долину признают «малоинтересной». Но в отчёте Ржиго делает странную пометку: «Обратить внимание на правый крутой склон выше ключа Самошкина. Там выходы магнетита».
Следующие три года здесь работает Шорбинская геолого-разведочная партия. Учёные находят скарновую зону — магнетитовые рудные тела. Но золота? В отчётах о нём ни слова. Казалось бы, тупик.
Но в 1958 году происходит чудо. Вернее, не чудо, а человеческая настойчивость. Разведочная партия Алтайского прииска, которую возглавляет геолог Н. Е. Бовзенко, решает расчистить старые канавы Шорбинской партии. Просто так, на всякий случай. Для опробования скарнов на золото.
Геолог Л. В. Баталов идёт в канавы и вдруг среди обломков гранато-магнетита видит… золото. Видимое золото. Оно сверкает в породе, словно улыбается.
Пробы везут в Спасск, в химлабораторию. Заведующего Абрамова В. И. лишают сна и отдыха — пробы нужно обработать немедленно. Результат ошеломляет: во многих пробах промышленная концентрация золота. Известие долетает до Москвы с быстротой молнии. Ответ приходит короткий, как выстрел: «Денег не жалеть. Поставить лучшие силы».
В это время на место приезжает человек, который сыграет ключевую роль в истории Майска. Рудовский С. А. — с характером, с интуицией, с железной волей. Он заручается поддержкой управляющего трестом «Запсибзолото» Латышева А. И. и главного инженера Чагина А. А. И принимает решение, от которого у осторожных людей застыла бы кровь: не дожидаясь результатов геологоразведки, начать подготовку к работе в зимних условиях.
На брошенной базе Шорбинской партии закипает жизнь. Рудовский советуется с местными, и рождается название — Майский. По ключу, который протекает за горой, которую Баталов назвал Рудной. В 1958-1959 годах за одну зиму строят амальгационную фабрику, дизельную электростанцию, контору, общежития, столовую, пекарню, магазин, конюшню. И даже клуб — на руднике много молодёжи.
Дизельная электростанция — отдельная песня. Танковый двигатель, ревущий в тайге, даёт свет не только прииску, но и всему посёлку. Для людей, привыкших к керосиновым лампам, это настоящее чудо. Электричество в глухой тайге!
Глава 3. Фабрика, школа и девять детей
Посёлок рос. По переписи 1965 года — 405 человек рабочего населения. Люди ехали семьями с закрывающихся приисков Албаса, Чаныша, Чулты. Жили здесь поколениями. В Майске построили детский сад, фельдшерско-акушерский пункт, школу с интернатом.
Время было суровое, но люди были богаты не золотом — детьми. Перелистывая страницы архивов, встречаешь фамилии, за которыми стоят десятки судеб:
- Кандараковы Дмитрий Баганович и Анна Степановна — шестеро детей.
- Кандараковы Архип Кузешевич и Мария Чемоковна — семеро.
- Курускановы Прокопий Яковлевич и Клавдия Григорьевна — семеро.
- Урычевы Виктор Андреевич и Александра Степановна — ДЕВЯТЕРО детей.
- Кандаракова Зинаида Архиповна — шестеро.
- Менегечевы Анатолий Олегович и Тамара Архиповна — пятеро.
- Рыковы Александр Александрович и Мария Владимировна — шестеро.
Это был не просто посёлок. Это была крепкая, многодетная, работающая земля.
В Майск приезжали молодые учителя. Многие оставались на десятилетия. Их имена местные жители помнят до сих пор: Любимова Надежда Алексеевна, Крючкина Любовь Ильинична, Важенина Раиса Фёдоровна, Печалис Виктор Викторович и Елена Михайловна, Титанова Наталья Михайловна. В 1990 году после института приехала Кандаракова Галина Архиповна. Она проработала в Майской школе 30 лет. Школа закрылась в 2020-м, но Галина Архиповна не уехала — теперь она заведует Майским ДК. Не прервалась нить.
Амальгационная фабрика в лучшие годы выдавала 25 килограммов золота при плане 5-6! Рекорд, о котором слагали легенды. От горы, где выбирали породу, до фабрики построили узкоколейку — маленькую железную дорогу, по которой вагонетки с рудой бежали к месту переработки. На фабрике работало 250 человек.
В 1968 году руду стали брать по самым богатым жилам. Но запасы не бесконечны. Жилы иссякли. Фабрика закрылась в 1971-1972 годах. Началась добыча россыпного золота драгами. В 1979 году запустили 80-литровую электрическую драгу №315. Но и она со временем стала металлоломом.
Глава 4. «В посёлке Майске опустела улица»
В 1987 году в Майске появился гость. Васильев Н. — человек, который, уезжая, оставил подарок. Он написал гимн посёлку. Текст этот сегодня читаешь, и комок подкатывает к горлу:
По тайге разлилось ласковое лето,
Звенят, играют горные ручьи.
Шумят верхушками, насквозь прогретыми
Таёжные кормильцы — кедрачи.
Припев звучит как песня-прощание:
В посёлке Майске опустела улица,
Ушёл почтовый вертолёт на Турочак,
А за посёлком от веселья кружится
Невеста Лебедь и красавец Каурчак.
Когда читаешь эти строки, видишь эту улицу. Пустую. Слышишь звук вертолёта, улетающего на Большую землю. И чувствуешь, как реки — Лебедь и Каурчак — продолжают своё вечное кружение, словно не замечая, что люди ушли.
В 2018 году Майску исполнилось 60 лет. К этой дате Галина Архиповна Кандаракова написала новый гимн. Уже не прощание, а признание:
Майск — долина Каурчака,
Здесь кедры звонкие растут,
Охраняя наш посёлок
И людей, что здесь живут.
Сейчас в Майске постоянно живут 38 человек. Работают ФАП, библиотека, Дом культуры. Посёлок не умер. Он сжался до размеров маленького стойбища, но душа его жива.
Глава 5. Призраки Албаса, Чаныша и Талона
Когда говорят о золотодобыче на Алтае, нельзя не вспомнить три имени, которые сегодня звучат как заклинание: Албас, Чаныш, Талон.
Албас. По переписи 1939 года — 833 человека. Прииск делился на три микрорайона: Верх-Албас, Албас, Усть-Албас. В 1939 году на четырёх приисках — Чулте, Талоне, Албасе, Чаныше — жили 4290 человек. Целый город в тайге! В годы войны ушли на фронт более тысячи мужчин. На смену пришли женщины и дети. Золотодобыча не прекращалась ни на день.
Чаныш. По переписи 1939 года — 1759 человек. Старожилы рассказывают: «Чаныш существовал с 1800 года». Делился на Андобу, Перешеек, Средний Чаныш, Верхний Чаныш. Здесь была своя семилетняя школа, три магазина, почта, ФАП. В Верх-Чаныше — аэродром. Садились АН-2. На них возили продукты, оборудование, пассажиров. Когда открылся Майский рудник, люди потянулись туда. Кто-то уехал в Турочак, кто-то в Таштагол. Примерно в 1989 году Чаныш покинул последний житель.
Талон. В царские времена назывался Александровское — в честь императора. Земли принадлежали кабинету Его Величества. В 1855 году здесь открыли золотоносные источники. В 1881 году в Талоне обосновался главный управляющий промыслами Мальцева. По переписи 1939 года — 691 житель. Село делилось на Гутовку, Кирпичный и сам Талон. В 50-х годах работала десятилетка (в младших классах — 40 учеников), ФАП со стационаром на 13 коек, четыре драги отрабатывали четыре направления. Если раньше до райцентра добирались через Кемеровскую область, проезжая 600 километров, то после строительства дороги расстояние сократилось до 160.
Сегодня в Талоне — один житель. Один человек хранит память о тысячах, живших здесь.
Глава 6. Герои, которых не забыть
Эти прииски дали стране не только золото. Они дали героев.
Яков Баляев. Родился 9 июня 1924 года. Детство провёл на прииске Албас. Работал забойщиком на шахте. В 1942 году призван на Тихоокеанский флот. Указом Президиума Верховного Совета СССР от 14 сентября 1945 года матросу Баляеву Якову Илларионовичу присвоено звание Героя Советского Союза. Посмертно.
Николай Трофимов. Родился в селе Мальцева Курья Бийского уезда. Работал каменщиком на прииске Талон с 1939 по 1941 год. 16 ноября 1941 года у разъезда Дубосеково под Москвой он был среди тех 28 героев-панфиловцев, которые остановили танки. «Велика Россия, а отступать некуда — позади Москва». Николай Трофимов погиб в том бою. Герой Советского Союза.
Они ушли из тайги на фронт и не вернулись. Но их имена высечены в истории.
Глава 7. Кто сегодня добывает алтайское золото?
Судьба приисков, увы, одинакова. Закрылся прииск «Алтайский», остановились драги, люди уехали. Но золото в этих горах никуда не делось.
В 2013 году артель старателей «Золотой полюс» из Кемеровской области получила лицензию на добычу россыпного золота на реке Албас. Компания предложила за право разовый платёж 3,19 миллиона рублей. Балансовые запасы: 34 килограмма золота категории С1 и 164 килограмма категории С2. Не так много, но работа идёт. В 2014 году «Золотой полюс» показал чистую прибыль 211,88 миллиона рублей.
В 2024 году в Турочакском районе зарегистрировано новое предприятие — ООО «НК Албас». Специализация — добыча руд драгоценных металлов. Золото и серебро. Старатели работают вахтовым методом. В тайгу приходят, работают и уходят. Другой образ жизни, другие технологии. Но дух остаётся тот же.
Эпилог: Память в камне и песне
Сегодня в Майске стоит обелиск павшим землякам. На Центральной улице. А в верховьях Лебеди, в 30-40 километрах от села, поднимаются к небу вершины Абаканского хребта — Большой Аталык (1900 метров) и Малый Аталык (1744 метра). С дороги, ведущей в Чаныш, открывается вид, от которого замирает сердце.
Покинутые прииски Албас, Чулта, Талон, Чаныш — это не просто названия на карте. Это памятники человеческому мужеству, свидетельства этапов освоения Алтая. Они стали центрами притяжения для тысяч людей. Они оставили след в культуре, в топонимике, в судьбах семей.
Многие поколения прожили у этих месторождений. И сегодня, когда ветер гуляет по пустым улицам, он шепчет имена: Кандараковы, Курускановы, Урычевы, Менегечевы, Рыковы… И звучит над долиной Каурчака песня, написанная здесь, в этой тайге, людьми, которые знают цену золоту и цену жизни.
Но родные наши горы
Нас хранят, и мы храним
Память нашего посёлка,
Всем добра желать хотим!
А за посёлком, как и прежде, кружатся в вечном танце Невеста Лебедь и красавец Каурчак.
